Разумеется, нежелательно, чтобы какое-нибудь правительственное учреждение имело власть подвергать цензуре официально не финансируемые книги - за исключением, естественно, цензуры в целях безопасности, против которой в военное время никто не возражает. Но сегодня главную опасность для свободы мысли и слова представляет вовсе не прямое вмешательство Министерства информации или какого-нибудь другого официального органа. Если издатели и редакторы так стараются не допустить в печать некоторые темы, то не потому, что опасаются преследования, а потому, что боятся общественного мнения. Самый худший враг, с которым у нас в стране сталкивается писатель или журналист, - это интеллектуальная трусость, и об этом, на мой взгляд, у нас говорят недостаточно.

Критика самоцензуры и боязни общественного мнения как главной угрозы свободы слова

Тюремщик в нашем сознании

Я сидел за пишущей машинкой в своем коттедже на Хэйгейт Хилл, перечитывая очередной вежливый отказ издателя. Книга о двойных стандартах колониальной политики вызвала не страх перед властями – нет, редактор тревожился, что её сочтут неполиткорректной в светских салонах. И в этот момент меня осенило: война с внешней цензурой почти выиграна, но настоящая битва происходит внутри нас. Мы сами – эти изнеженные интеллектуалы – создали куда более изощрённый механизм подавления. Когда кругом звучит «не время для правды», а писатель прячет рукопись в стол не из страха тюрьмы, а из боязни косых взглядов соседей – значит трусость уже победила.

Вспомнил Лондон 1940 года: бомбёжки, затемнение окон, железная дисциплина военной цензуры. Но тогда, под вой сирен, люди говорили смелее! Сейчас же мансарды полны неопубликованных рукописей, а издательства дрожат перед трендами. Когда отказали моему приятелю в публикации сатиры на парламент, он пробормотал: «Проще критиковать Гитлера, чем собственное правительство». Вот она – интеллектуальная капитуляция! Я ударил кулаком по столу: если свободные люди сами надели на себя намордник, значит истинная свобода останется мифом для удобных цитатников.