Двойственная природа цензуры
Всё началось в кабинете доктора спустя неделю после моей аппендэктомии. Вручая выписку, врач объяснил: «Аппендикс бесполезен до тех пор, пока не воспалится. Тогда он превращается в бомбу замедленного действия». Эти слова засели в памяти. Позже, работая над законом о СМИ, я наблюдал бюрократов, часами просеивающих статьи «на всякий случай». Пассивная цензура напомнила тот самый рудимент: толку — ноль, но содержание аппарата съедает ресурсы. Всё изменилось во время политического кризиса, когда цензоры внезапно активизировались, блокируя критические материалы. В тот момент я увидел ту же метаморфозу: мирный отросток стал оружием подавления. Так родилась аналогия — цензура опасна именно в действии, ибо здоровое общество не нуждается в таком контроле.