Самостоятельная ценность заслуг перед Отечеством
Как-то в саду Фернея ко мне пожаловал молодой аристократ, кичащийся родословной от Карла Великого. «Предки, — говорил он, — единственное мерило человеческой ценности». Я рассердился: разве труды простолюдина-учёного, спасающего жизни, менее важны? Помню горящие глаза офицеров-недворян в битве при Фонтенуа, чью храбрость отрицали при дворе. Тогда родилась мысль: отчизну защищают не геральдические лилии на гербах, а поступки живых людей. Записав в дневнике «Кто хорошо служит своей родине...», я создал оружие против сословной спеси.
Позже, работая над «Философским словарём», я углубил эту идею. Кардинал Дюбуа, сын аптекаря, управлял Францией мудрее иных принцев крови — разве его достижения не перечеркнули скромное происхождение? Тот же принцип касался полководцев, учёных, честных судей. Франция нуждалась не в родовитости, а в служении. Моя фраза разлетелась по салонам: буржуа цитировали её как манифест, а герцоги горестно вздыхали, понимая, что эпоха привилегий по праву рождения близится к концу.