Даже искренне верующий славянофил все-таки остается внутренне чужд и непричастен народной вере. Он верит в народ и в его веру; но ведь народ верит не в самого себя и не в свою веру.

Отчужденность интеллектуального восприятия веры от подлинной народной религиозности

Прогулка к прозрению: как родилась мысль о славянофилах и вере

Однажды после жаркого спора в интеллигентском салоне, где говорили о «народном духе», я отправился на богомолье в Сергиев Посад. Идеализированные рассуждения моих друзей-славянофилов ещё звучали в ушах, когда у Лавры я увидел крестьян, часами бивших челом перед иконами без книжного богословия. Меня поразила пропасть между нашим философствованием о народной вере и самой верой. Годы спустя понимание кристаллизовалось: славянофилы восхищаются верой как музейным экспонатом, тогда как народ дышит ею как воздухом. Наши гостиничные дискуссии были игрой ума, а здесь — сама любовь к Богу через утомлённые колени. В тот момент ко мне пришли слова о трагическом несоответствии.