Критическая природа моды и её цикличность
Закадычная парижская вечеринка 1893 года была в разгаре, когда мой взгляд упал на леди Эвелин, чей новый кринолин напоминал разъярённого морского ежа. «Ваше отсутствие вкуса обрело фасон?» — поинтересовался я, наблюдая её триумфальный проход через зал. Извиваясь в сложных тряпичных конструкциях, гости напоминали карнавальных кукол, словно весь высший свет забыл принцип простоты. Тут меня озарило: мода не стремится к красоте — она лишь маскирует убогость изощрённостью форм. Когда графиня Дюшен похвасталась шляпкой с живыми дроздами, мое терпение иссякло. «Милочка, ваши пернатые вот-вот взлетят от ужаса!» — сорвалось с губ.
После недели подобных наблюдений родился афоризм. Люди ненавидят в моде не несовершенство линий — её неизбежную банальность. Как только безвкусица становится повсеместной, возникает дикое желание сменить гнёт. И дамы с облегчением бросают позавчерашний «идеал» ради нового мучения. Ирония? Сам Аполлон бежал бы от такого подиума. Наша погоня за новизной — всего лишь крик отчаяния эстетически искалеченного общества: «Уберите эти обои — они слишком долго висели на всех стенах!»