Общественное лицемерие в осуждении неудавшегося нарушения
Эта мысль осела во мне после кафе в Варшаве, где я слышал разговор двух мужчин. Они оживлённо обсуждали недавнее ограбление ювелирного – но не само преступление, а лишь его провал. «Штырь из золота брутто в обычной стекляре!», «Он даже правила обеспечения не знал!» – кипятились они. За соседним столиком люди возмущённо цокали языками: не потому что случилось злодеяние, а потому что оно было исполнено грубо, неуклюже, словно под ногами приличия споткнулся. И я понял: именно этот лже-моральный пафос восни о «правильном» исполнении грехов заворожил меня. Так появилась лаконичная формула нашего лицемерия: осуждение не за грех, а за позор его технические погрешности. Публика приверается не к сути, а к форме, как будто тож создайтверяется злоугождать плохем методу проведения беззакония.