Безнаказанность как стимул для преступлений
В разгар политического кризиса в Римской республике я, Марк Туллий Цицерон, наблюдал тревожную закономерность: стоило знатному патрицию избежать суда за подкуп или насилие, как десятки последователей повторяли его преступный путь. Помню дело Корнелия, чьё дерзкое ограбление казны сошло с рук благодаря связям в Сенате. Уже на следующий месяц воры действовали смелее, словно получили молчаливое благословение. Это меня потрясло сильнее самих преступлений — я понял, что зло отращивает щупальца там, где не ощущает меча справедливости. В пламенной речи перед консулами я выкрикнул слова, ставшие закономерным выводом: когда тени ненаказанных деяний становятся длиннее, они соблазняют всё новых грешников.
Той осенью фраза облетела форум, повторяемая купцами и легионерами. Люди видели: республика рушится не от кинжалов заговорщиков, а от ржавчины на весах Фемиды.