Скупые богачи, замыкающие доходы свои в сундуках, похищают у общества часть его состояния.

Экономический вред сбережения богатств без их участия в обороте

Рождение экономической истины из барской алчности

Гуляя как-то по петербургскому базару в 1812 году, я наблюдал поразительный контраст: купцы хвастались доходом, а извозчики мерзли в дырявых кафтанах. В кабинетах же их домов служители шептались о замурованных подвалах с дубовыми сундуками. Когда на следующий день граф Орлов отказал в поддержке ремесленной мастерской – берег золото на чёрный день – я будто ослеп от ярости. Его бездействие губило десятки рабочих семей, топорами вырубая опоры городского благополучия.

Вечером у камина я выводил пером: каждый рубль в сундуке – это потерянные базарные сделки, несшитая одежда, непостроенные дома. Замкнув деньги, богач останавливает саму жизнь, словно замораживает реку зимой. Росчерк гусиного пера стал обвинительным актом против всей касты стяжателей, мерящих могущество тяжестью золота, а не благом Отечества.