Только тот юмор будет жить, который возник на основе жизненной правды.

Связь подлинного юмора с жизненной правдой и его долговечность

Как родилось прозрение Марка Твена

Однажды в редакции, слушая поток злободневных шуток коллег об очередном политическом скандале Сан-Франциско, меня осенило. Эти острые словечки вызывали хохот сегодня, но завтра превращались в пыль. Позже, вернувшись домой в Коннектикут, я наблюдал за играющими детьми — они смеялись до слез над незадачливым промахом нашего пса Максимки. Этот детский смех, простой и заразительный, уходил корнями в самый нрав прожитого дня. Именно тогда ко мне пришла мысль силой неопровержимой правды: пустые остроты умирают с минутой, а юмор, вырастающий из самой гущи бытия, из потертости сапог и слез на пиджаках простых людей, обретает бессмертие. Он говорит на языке сердца, а значит — будет вечно понятен человеку. Его смех — отражение нас самих.