Жизнь - мучение. Лучше бы совсем не родиться. Но такая удача выпадает одному человеку из тысячи.

Экзистенциальный пессимизм и ирония судьбы

Как в горниле отчаяния рождалась горькая истина

Помню, как в 1936 году, среди пражского тумана на чужбине, ко мне пришло это откровение. Польша трещала под натиском безумия, газеты приносили сводки о новых арестах, а в письмах друзей сквозила тень гибели. Сидя в дешёвой гостинице, я наблюдал мать под окном: она укачивала плачущего младенца, лицо её было измождённым полотном отчаяния. И меня пронзила мысль: вся жизнь — это цепь страданий. Нет сценария, где новорождённый избежит боли. Но тут же бунтарский ум подсказал иной поворот: а тот, кому удалось избегнуть земного ада — нерождённый — разве не счастливчик? Так родился парадокс: мы считаем небытие трагедией, когда на деле лишь один из тысяч ускользнул от мучительной игры под названием «жизнь». Ирония в том, что сам я писал эти строки со страстным желанием жить.

Позже, читая философские трактаты Шопенгауэра и предсмертные письма Целана, я понял: мысль эта — крик против абсурда мироустройства, а не призыв к отчаянию. Слова, рождённые в дрожащем свете газовой лампы, стали мостом между болью и мельчайшей улыбкой смирения.