Женщина есть опьяняющий продукт, который до сих пор ещё не догадались обложить акцизным сбором.

Ирония отношений полов

Как Чехов придумал свою ироничную метафору о женщинах

Сижу как-то в московском трактире с приятелями, обсуждаем последние указы о повышении акцизов на алкоголь. Рядом молодежь громко смеется — компания юношей явно опьянена не вином, а вниманием очаровательных барышень. Вдруг наблюдаю: один господин, заигравшись с дамой, выронил кошелек, другой, засмотревшись, опрокинул графин. И осенило меня: да ведь женщина — тот самый продукт, что кружит голову сильнее коньяка! Но справедливо ли, что казна собирает подати с винных лавок, а с этого божественного «опьянения» — ни копейки? Записал метафору на салфетке, едва сдерживая усмешку.

Позже в письме издателю пояснил: смысл не в оценке женщин как товара, а в абсурде жизни. Облагаем мы налогом водку и табак, будто они главные пороки, а страсти, способные разбить состояние и сердце, оберегают как святыню. Говорил это без злобы, с просвечивающей грустью — ведь и сам знал власть этого «опьяняющего продукта». Сейчас вижу: фраза прижилась потому, что каждый хоть раз испытывал это головокружение, но мало кто замечал его парадокс.