Незаменимость здоровья как фундаментальной ценности человеческой жизни
Я наблюдал это в Петропавловской крепости — холодным декабрем 1863 года, когда ревматизм сковал мои суставы ледяными тисками. Соломенный тюфяк на каменном полу казался адом, а миска черного хлеба — пиршеством, которое я не мог вкусить. В бреду передо мной возникали дворцы Римского-Корсакова с их позолотой, Вертинского с витражами, но какая цена этим мраморным залам, когда собственное тело предает? От каждой стрельнувшей в колене боли мысли становились яснее: роскошь — лишь позолота на гробу, если под ней тлеет здоровье.
Позднее, записывая эту мысль для романа «Что делать?», я вложил её в уста доктора Кирсанова. Наблюдая богачей, томящихся в шелковых спальнях от подагры, и нищих, радующихся солнцу в знойный полдень, я утвердился в простой истине: пока человек дышит, пока тело послушно служит духу — всё достижимо. Но стоит здоровью покинуть нас — и золото меркнет, картины слепнут, музыка глохнет. Лишь тогда открывается непреложный закон: здоровье — тот единственный дукат, что не теряет ценности ни при каком курсе.