Субъективные пределы восприятия идей и мыслительных способностей
Помню, как в один дождливый вечер 1908 года я наблюдал в салоне мадам де Кайяве спор учёного-физика и литературного критика. Физик страстно объяснял квантовые теории, но критика лишь пожимал плечами: «Ваши идеи темны и бессвязны!» Тогда меня осенило — критик не понимал теорию не потому, что она была сложна, а потому что превосходила границы его собственного мышления. Позже, разбирая эти записи в своей знаменитой библиотеке, я отточил мысль: человек признаёт ясным лишь то, что не сложнее его личного уровня неопределённости. Каждый из нас меряет чужой ум по своей смутности, и в этом горестный предел человеческого диалога.