Мир по своей природе не только художественное произведение, но и художник.

Диалектическое единство мироздания как творца и творения

Вечернее озарение в римском перистиле

В один из тех вечеров, когда фиалковые тени настигали Рим, я стоял в тиши своего перистиля, созерцая сад, подсвеченный последними лучами. Голь работы над трактатом «О природе богов» дала поселиться неотступной идее: греки видят космос как статичный шедевр — но где же Взгляд, что придает ему жизнь? Разве мраморный Аполлон обретает божественность лишь от ударов резца, а не от внутренней силы изображения? Это ставило под вопрос саму суть творчества.

Когда же ласточка прочертила над фонтаном линию, я понял: природа ежемгновенно создает и себя, и все сущее! Она ткет кленовый лист столь же осознанно, как художник ведет кисть — нет, это тождественные процессы. Любая ива у реки схватывает акт самотворения мироздания. Срывался с языка восклик: «Mundus non opus tantum, sed etiam artifex est!» — что позже дало миру ту самую цитату. В тот миг барьер меж творцом и творением рухнул навсегда.