Богатство состоит не в обладании сокровищами, но в том употреблении, которое умеют им дать.

Истинная природа богатства

Как родилась мудрость Наполеона о богатстве

Сиде́я вечером 1811 года в Тюильри за докладами о казне Французской империи, я со скукой просматривал цифры — тонны захваченного золота, груды драгоценностей из побежденных стран. Вдруг вошел мой старый товарищ, генерал Марбо, чьи земли недавно сгорели, но лицо светилось энергией. Он рассказывал, как построил мастерские для вдов солдат на крошечный военный пенсион, обеспечив десятки семей. Я показал ему опись сокровищ: «Вот настоящее богатство!» Марбо усмехнулся: «Сир, ваше золото лежит мёртвым грузом в подвалах, а мои три монеты дают хлеб детям». Его слова ударили как саблей. Я вспомнил Ватерлоо, где солдаты меняли золотые часы на гнилую картошку — эти люди владели сокровищами, но не умели превратить их в жизнь. В тот вечер родилась мысль: стоимость драгоценностей измеряется не их весом, а живой энергией, которую они порождают в руках мудрого. Подлинное богатство — это не сундуки с казной, а способность направить их во благо.