Будучи на вершине, ты находишься над бездной.

Двойственность положения на вершине: триумф соседствует с экзистенциальным риском

Рождение мысли между вершиной и пропастью

Я наблюдал в тот день альпинистов в Татрах – микроскопические фигурки на гребне. Один оступился. Его страховка выдержала, но лицо, мелькнувшее в бинокль, навсегда врезалось в память: не страх, а философское понимание бездны под ногами. Вечером за кофе мы обсуждали падение диктатора с новостной ленты. "Ирония маяков," – сказал коллега, – "чем ярче свет, тем заметнее тень провала". Мой карандаш сам почертил в блокноте: статуя на краю обрыва. Я ощущал этот закон вселенского баланса – величие всегда висит на волоске над пустотой. Древние короли на троне над темницей, триумфатор, слышащий шепот зависти... Так родилась формула: восхождение не отменяет законов тяготения, а превращает их в ежесекундное озарение. Что такое власть, кроме осознанной возможности падения? Звонит телефон – поверхностный писака хочет разъяснений. Бросаю в трубку: "Представь гимнаста на цирковой трапеции. Теперь убеди сетку. Вот твоя метафора человеческого величия".