Ценность дружбы
Письмо Аттику выходило особенно горьким в тот вечер. Сидя в своем скромном солонском доме во время изгнания из Рима, я, Марк Туллий Цицерон, размышлял о превратностях судьбы. Государство отвергло меня, политические противники торжествовали. Но в этот самый мрак меня озарило: каждый день из Афин прибывали свитки от Аттика, и они были всегда уместны - не бравурные поучения, а искреннее участие.
Именно тогда ко мне пришло откровение о всепроникающей природе истинной дружбы. Она не терпит границ - будь то роскошь вилл или глинобитная хижина. Дружба не докучает позированием, как те, кто льнет к власти. В радости она придает блеск успеху, а в горе обрушивает часть своей силы мне в руки. Так перо вывело на вощёной табличке слова о всевыгодах этого священного союза, превратив личную боль в вечную истину.