Все надо принести в жертву человеку. Только не других людей.
Этический гуманизм: пределы жертвенности во имя людей
Зерно истины в пепле опыта
Сидя в полуразрушенной варшавской квартире зимой 1947 года, я листал заметки о гулаговских показательных процессах. На стол лег фотография: толпа сжимала плакаты «Ради светлого будущего!» – будущего, построенного на костях «врагов народа». И вспомнился Освенцим, где точно так же люди превращались в расходный материал во имя абстракций: Рейха, чистоты расы, исторической необходимости. В тот вечер родилась формула сопротивления. Если гуманизм – религия современности, то человек должен быть в ней не жертвенным ягнёнком, а неприкосновенной иконой. Можно отдать здоровье ради больного, состояние – ради голодающего, жизнь – ради спасения ребенка. Но ступить на путь, где чья-то душа становится разменной монетой – значит повторить логику крематориев и лагерей. Моя мысль – не запрет на героизм, а вакцина против его извращений. Настоящее служение людям начинается там, где кончается право распоряжаться другими.