Воспитание трудолюбия как основа нравственного развития
Сидя в своем кабинете зимним вечером 1783 года, я перебирала письма из Смольного института. Сообщения о капризных барышнях, избегающих занятий, заставили вспомнить разложившихся от праздности придворных. Как мыслитель эпохи Просвещения, я верила: будущее России зависит от воспитания нового поколения. Мои собственные рабочие дни длились по 15 часов — от составления законов до переписки с Вольтером. Именно тогда родилась мысль: только страстная любовь к труду может уберечь юные умы от развращающей скуки и пустоты.
Дипломатическая переписка с европейскими философами укрепляла меня в мысли: праздность подобна болоту, затягивающему в трясину дурных мыслей и пороков. Глядя на уснувшего за картами пажа, я продиктовала секретарю ключевой принцип для учебных заведений: юношество должно возненавидеть безделье как источник заблуждений и полюбить труд как единственный путь к великим свершениям. Эти слова позже легли в основу реформы образования, превратив их в живую мудрость для всей страны.