Теперь хорошее воспитание - только помеха. Оно от слишком многого отгораживает.

Критика ограничивающего влияния традиционного воспитания

Как родилась дерзкая истина Уайльда

Я наблюдал тот лондонский ужин: дамы шелестели платьями, кавалеры сыпали изысканными комплиментами, натянутая вежливость витала гуще дыма сигар. Каждый жест здесь был отточен, каждый смех рассчитан. И внезапно меня осенило — этот хаос ритуалов вовсе не признак утонченности. Вот миссис Чедви, заглушающая девичий хохот внучки чопорной фразой: «Приличные девицы так не выражают восторг». Вот банкир Кларксон, сжимающий губы при слове «новые веяния». Хорошее воспитание! Оно стеной встаёт между человеком и миром — глушит непосредственность, объявляет запретными целые пласты чувств. Словно гербарий вместо живых цветов. Сидя меж позвякивающих хрустальных бокалов, я вывел формулу: благовоспитанность стала удобной маской для трусости, гениальным орудием, чтобы отгородиться от всего волнующего и неудобного. И быть пламенным, быть искренним в этой клетке позолоченных манер решительно невозможно.