Кто-нибудь всегда смотрит из-за твоего плеча, как ты пишешь. Мать. Учитель. Шекспир. Бог.
Осознание влияния авторитетов и внутренних критиков на процесс письма
Как родился образ внутреннего наблюдателя
Помню, писал я однажды глубокой ночью, пытаясь выжать хоть строчку из онемевшего сознания. Каждое слово казалось плоским, каждое предложение — дефектным. И вдруг ощутил этот знакомый холодок по спине — будто кто-то дышит в затылок. Обернулся: пустая комната. Но призраки висели в воздухе плотнее тумана: мамин строгий взгляд над тетрадкой в детстве, красная ручка учительницы на полях сочинений, грозный лик Шекспира с фотографии на полке. Даже мысль о всевидящем Божьем оке показалась вдруг совсем не метафорой. Я понял: все мы пишем для кого-то, даже когда пишем для себя. Эти незваные советчики живут в нервных окончаниях пальцев, сжимающихся над клавиатурой, они дремлют в памяти о каждой полученной двойке или похвале. И когда поймал себя на том, что шевелю губами, как это делала моя первая учительница, вырвался смех — и вместе с ним фраза о тех, кто вечно стоит за плечом, дергая марионетку творца за нитки его страхов.