Участь глубокой старости обоих полов зависит от того, на что потрачена молодость.

Связь жизненных выборов в молодости с качеством старости

Наблюдение, рожденное в парижских салонах

Гуляя по Люксембургскому саду, я заметил контраст между двумя стариками: один, бывший офицер, сиял, рассказывая внукам о путешествиях, другой — некогда блестящий игрок — дрожал от одиночества. Эта картина стала зерном для размышлений. Годами наблюдая парижское общество, я видел, как легкомысленные юноши, промотавшие состояние на удовольствия, к шестидесяти годам превращались в озлобленных ипохондриков, тогда как те, кто в молодости вкладывал силы в науку, искусство или семью, встречали старость как мудрых, уважаемых старцев. Так родилась истина: старость — не слепая фортуна, а честный счет, выставленный нам за прожитые годы.

Особенно поразил меня маркиз де В., чья молодость прошла в скандальных дуэлях и карточных долгах. Встретив его через тридцать лет в ветхой мансарде, я понял — участь глубокой старости фатальна лишь для тех, кто избегал ответственности. Мужчины и женщины одинаково пожинали плоды выбора: одни наслаждались внуками и воспоминаниями о трудах, другие лечили раны пустой души. Эту закономерность я сформулировал для потомков, чтобы молодые задумались: что посеешь в рассвете жизни, то пожнешь на закате.