Те, что украсили познанья небосклон, Взойдя светилами для мира и времен, Не расточили тьму глубокой этой ночи, Сказали сказку нам и погрузились в сон.

Миmолетность великих открытий и неизведанность познания

Как созерцание звезд породило мудрость

Той ночью я сидел на плоской крыше обсерватории в Исфахане, вглядываясь в бездонное небо. Мерцающие звезды — словно проблески истин, добытых великими умами прошлого: Архимедом зажигаются математические законы, в созвездии Гиппократа пульсирует врачевание, нерукотворным мостом Авиценны соединяются философия и медицина. Но чем дольше наблюдал, тем яснее понимал: каждый луч побеждает лишь крохотный кусочек мрака, а неведомое все еще объемлет нас непроглядной пеленой. Тьма глубже и древнее всех светил вместе взятых.

Внезапно случилось озарение: самые яркие мыслители лишь ненадолго распахивали окна для человечества. Они поведали свою «сказку» — подарили крупицы понимания, но не упразднили тайну. Финикийская звездочка навигации светит и сейчас, но сам мореплаватель Петелас давно уснул в забвении. Так пришла эта мысль о мимолетности мудрости: хрупкие светлячки знания, мерцая, возвращаются в вечную бездну непостижимого.