Тело мужей храбрых и великих людей смертно, а деятельность души и слава их доблести вечны.

Бессмертие славы в противовес смертности тела

Остановившись у могилы доблести

Стоя на Форуме под палящим римским солнцем, я, Марк Туллий Цицерон, глядел на шумный город. Жизнь кипела, но мысли мои вернулись к недавней вести – пал великий муж, стоик Катон Утический, предпочевший смерть позору... Передо мной вставали образы и других исполинов прошлого. Как юрист и оратор, познал я всех: могучее тело Земля несла и приняла опять... Но стоило вспомнить деяния Сципиона Африканского, его триумф над Ганнибалом, как картина менялась. Иллюзия обрела плоть. Физическая сила Геркулеса исчезла, как дым, а легенды о его подвигах наполняют Вии каждый день. Мы живём в мире, сотканном из свершений предков. Любой храбрец, совершивший гений солдата или государственного мужа сделал свой вклад в него. Стены могут пасть, статуи рассыпаться в пыль, но дух его деяний – нет! Именно в этом бессмертая уверенность, которую я вскрикнул тогда: тело героев слабых смертно, однако энергия души их великая слава вечна. Не сталь или мрамора их капитолием, но помять сердец, озарённая лучом их подвига. Тело похитит земля, но то, что зажжено истинной доблестью, не погаснет.