Между вдохновением и чувством то же самое различие, какое между фантазией и действительностью, между мечтами и впечатлениями.

Разграничение мечтательного вдохновения и чувств, основанных на реальном опыте

Прогулка, которая разграничила миры

Однажды, бродя по берегу Невы в предзакатный час, я наблюдал художника, пишущего пейзаж. Он то яростно смешивал краски, то застывал, глядя в даль. Подойдя ближе, я услышал его разговор с другом: «Сейчас ловлю вдохновение — представляю, как должны играть лучи на воде...» Но его руки выводили мазки осторожно, точно сверяясь с реальными тенями. Позже в гостиной, слушая знакомого, рыдавшего о несчастной любви, я уловил ту же двойственность. Он кричал: «Она в моих мечтах была совершенством, а вот это...» — и тыкал пальцем в мятное письмо на столе. Эти две сцены словно вспыхнули во мне подобно молнии. Я вдруг осознал: вдохновение парит в вымышленных небесах, как фантазия, а чувство укоренено в твердыне впечатлений, привезенных кровью и нервами. Так берег и письмо слились в противопоставлении: где кончаются воздушные замки и начинается настоящая железная земля души.

В ту ночь я написал строку о вечном дисбалансе — между тем, что мы придумываем, и тем, что проживаем. Вдохновение оказалось не абстрактной силой, а прекрасной швеей, ткущей одеяния для еще не существующих миров. Чувство же походило на каменотёса, высекающего формы из неизбежной реальности. Это наблюдение научило меня: с мечтами легко парить, но картину создают только впечатления кирпичик за кирпичиком. Именно эту бездну между воздухом и камнем я и запечатлел в словах.