Философия взаимопонимания и самопознания
Однажды, прогуливаясь с учениками по двору, я заметил, как Цзы-гун горестно вздохнул: «Учитель, как тяжело, когда твои слова разбиваются о стену непонимания!» Я остановился, наблюдая за толпой у ворот — купцы спорили, матери утешали детей, старики о чем-то шептались. Внезапно меня осенило: годы я размышлял о гармонии мира, но настоящая драма была не в игнорировании моих идей, а в тех невидимых барьерах, что мешали мне самому ощутить боль, надежды, страх этих людей.
Я повернулся к ученикам и тихо произнес: «Видите ли, друзья мои, если бы я печалился лишь о собственном непризнании, я бы вечно ходил по кругу самолюбия. Но когда ты не можешь разглядеть слез соседа, не слышишь немой мольбы в глазах врага, не чувствуешь трепет в сердце ребенка — вот где таится истинное горе мудреца». Именно тогда родилась фраза о двух видах огорчений — ибо лишь прозрев чужие души, мы обретаем крылья для своих мыслей.