Отказ от популизма как проявление уважения к собственному таланту
Помню тот дождливый вечер в Круассе, когда мы с Луи Буйле спорили до хрипоты о природе искусства. Мой приятель показывал расчеты: что нравится газетам, какие сюжеты вызывают ажиотаж, как повысить тираж за счет скандальных сцен. И вдруг меня осенило — так говорят лавочники, а не художники! У каждой строчки «Мадам Бовари» была мучительная цена: я дергал зубы у Быка, покупал слезы у умирающих детей, выменивал рифмы на бессонные ночи. За эти слова я заплатил жизнью, и если начну делить их у выхода из театра для аплодисментов черни — что останется от моего призвания? Подлинный писатель должен ощущать священный ужас перед строками, обагренными сердцевиной души. В тот вечер в письме Каролине родились эти слова — они стали иглой в компас творческой совести.