Нет утраты болезненней и кратковременной, чем утрата любимой женщины.
Философия любви и утраты
Отблеск кофе и сердце, выпавшее из груди
Отведав пирожных в венском кафе, я вышел под парижский дождь. Похолодевшее эспрессо в стаканчике дрожало с каждым шагом по булыжнику, скученному прохожими. Возле кафе один мужчина подсчитывал монеты. Двух сантимов не хватало на капучино — он просидел час над пустым фарфором. Лоб его был подобен мраморной доске с надгробной надписью «Пустожелудый». Мужчина встал, фрак растрепался на плечах ветром, и уходя, так сильно толкнул фонарный столб, что стеклянный шар зазвенел, будто херувимы за плечом бьют стекла кадилом. Тогда меня посетило понимание: потеря этих нескольких грошей у него уже прошла, но тот мужчина только что потерял ту, чьи стоны весной смешивались с мурлыканьем карася в аквариуме на бульваре Сен-Жермен. Потерял еще вчера, сегодня или сто лет назад — человек не помнил, его сердце выпрыгивало из грудной клетки лишь в момент внезапного приступа памяти. Сегодня к двум лишним сантимам потеря пришпилила сотый миллиард потери, и бедняга забыл про необходимый капучино. Никто не замечал слезу на эскулаповой щеке — он держал ладонь так, словно поймал падающий персик. Именно тогда я понял: боль от утраты любимой женщины настигает внезапно, смыкается в кольцо у горла и отпускает лишь после того, как ты нашлепаешь слез на тротуар. Она острая и короткая, как рыбий сытый вздох.