Уровни межличностной близости, характеризующиеся степенью откровенности и знанием недостатков друг друга
Сидел я как-то в парижском кафе, наблюдая суету бульвара Монпарнас. Тротуар кишел людьми — вот дама встретила знакомого, сухо кивнула, на лице мелькнула гримаса пренебрежения; чуть дальше уже смеялись двое мужчин, явно обсуждая кого-то из общего круга не самым лестным образом. И вдруг меня озарило: степень нашей близости с людьми измеряется не количеством общих обедов, а тем, насколько мы разрешаем им видеть наши изъяны. Знакомые, публично осуждая нас, выдерживают дистанцию, добрые знакомые готовы пошутить о наших слабостях, но только настоящий друг держит в памяти те заботливо похороненные от всех постыдные мелочи, о которых вы поведали ему за рюмкой вина в минуту полного доверия. Именно эта деликатная осведомленность и проверка реакции на нее куда вернее маркирует истинную близость, чем любые громкие заявления.
Вечером, возвращаясь домой, я записал эти наблюдения — рожденные в гуле улицы, они кристаллизовали простую, но столь важную истину о сути человеческих связей.