Для управления печатью нужны хлыст и шпоры.

Жесткие методы контроля над прессой

Император и строптивалья пресса

Помню, как в 1805 году ко мне в кабинет ворвался министр полиции Фуше, размахивая свежей газетой. «Ваше величество, — выдохнул он, — „Journal de Paris“ снова печатает крамолу! Они сравнивают вашу налоговую реформу с грабежом!» Я отложил карту Австрии и усмехнулся. В моей голове уже складывалась метафора: свободная пресса напоминала мне горячего андалузского жеребца во время парада. «Мой дорогой Жозеф, — сказал я, закладывая руки за спину, — для управления печатью нужны хлыст и шпоры. Без кнута она превратится в брыкающееся чудовище, а без шпор — застрянет в болоте лжи». Стены Тюильри впитали эти слова, ставшие законом для всех газет Империи.

Позже, наблюдая как цензоры ловко укрощают оппозиционные издания, я часто вспоминал тот разговор. Пресса либо служит кавалерией в битве за умы, либо топчет собственное государство. Когда господа журналисты в салоне мадам Рекамье возмущались «душителем свобод», я лишь пожимал плечами: хлыст карательных мер и шпоры цензуры — вот единственные вожжи, удерживающие четвертую власть от падения в пропасть анархии. Этот же принцип пригодился мне и на поле боя: кто видел, как кавалеристы управляют лошадьми под Аустерлицем, тот понял бы мою философию мгновенно.