Церковь тем постоянно и держится, что она - враг прогресса и ставит рогатки на его пути. Но как только прогресс побеждает, она спешит причислить это к своим заслугам. Все, что церковь проклинает, - живет; все, чему она противится, - расцветает.

Критический анализ исторического противодействия церкви прогрессу и последующего присвоения его достижений

Рождение сарказма: как Твен разоблачил цинизм церкви

Будучи свидетелем бурных дискуссий о науке в XIX веке, я наблюдал парадокс: церковь яростно атаковала новшества — от эволюционных теорий до технических изобретений — объявляя их богопротивными. Но стоило прогрессу доказать свою силу, как та же самая церковь спешила провозгласить: «Это воля Божья!». Этот болезненный контраст между тотальным отрицанием и лицемерным присвоением стал для меня кристально ясен, когда я изучал осуждение труповсклепывания в медицине, которое позднее церковь приписала к защите морали.

Ярчайшим примером стало дело Галилея: церковь десятилетиями проклинала «еретическую» астрономию, но когда она утвердилась, объявила это символом божественной гармонии. Именно тогда у меня сформировалась железная формула их выживания: опираться на запреты, а победы врага объявлять своими. Так родилась эта болезненная правда в моих записях.