Ученый, ищущий истину, но стыдящийся бедной одежды и грубой. пищи! О чем тут еще говорить!

Неискренность в стремлении к знанию и добродетели

Муха на рисовом зернышке

Блуждая меж переулков царства Лу, я заметил знатного юношу, ученика местной академии. При моем появлении он оживился, сыпля цитатами из Шицзина, лицо его озарялось священным рвением к истине. Но когда слуга принес скудную трапезу – остывшую кашу в древесной чаше – юноша вдруг сжался. Его пальцы нервно теребили потёртую ткань рукава, взгляд бегал от моих заплат к собственным истрёпанным сандалиям. Приметался грушевый лист, упал прямо в еду. Он отшвырнул чашу с брезгливой гримасой. Вот тогда я и понял: знание не живёт там, где истина служит лишь средством вознестись над другими. Как может душа тосковать по вечности, дрожа перед мнением ничтожного мгновения?