Я забочусь об истине не ради истины, а ради себя.

Эгоистичная мотивация поиска истины

За кулисами эгоистичной истины

Помню, как эта мысль настигла меня после жаркого спора в лондонском салоне. Я уже тогда чувствовал глухое раздражение от краснобайства философов, спорящих об Истине с большой буквы как о самоценном бриллианте, сверкающем в небесах абстракций. Гуляя позже вдоль Темзы, я ощутил почти физическое давление этих напыщенных истин, которые они так ревностно отстаивали. Но почему? Правда о мире не приносила им хлеба, не согревала в стужу. Их пыл был фальшив, поза — защитной броней.

И тут осенило: я смотрел в зеркало собственной души. За каждым моим вопросом «почему?», за каждой попыткой докопаться до сути, стоял не абстрактный идеал, а простой животный страх. Страх быть обманутым, опасение совершить фатальную ошибку, желание сохранить контроль в игре под названием жизнь. Истина была не целью, а инструментом выживания и комфорта. Тяга к ней — не священный огонь, а инстинкт самосохранения. Средство для моего благополучия, а не реликвия для алтаря. Так родилась эта горьковатая, честная фраза: призма, став ключом к моему собственному поступению.