Искусство требует или уединения, или нужды, или страсти.

Условия возникновения истинного искусства

Запертая комната и открытие

Я, Александр Дюма, промучившись неделю над пустым листом в парижской суете, вспомнил истории коллег по цеху и собственную жизнь. Все было перед глазами: Гюго, создававший шедевры в изгнании на Гернси; Бальзак, писавший днями напролет только ради уплаты долгов; да и моя собственная «Дама с камелиями», вырвавшаяся из сердца после мучительного разрыва с Мари Дюплесси. Сидя в намеренно запертой комнате без прислуги, понял обескураживающе простую истину — искусство не терпит комфортной рутины. Оно просыпается либо в келье уединения, где бороться не с кем кроме собственных демонов, либо в тисках необходимости, когда есть лишь слово для спасения, либо в геенне страсти, переполняющей сосуд души до краёв. Эта спонтанная черновая запись с годами превратилась в мой постулат творчества.

Именно такие откровения будоражили салонные дискуссии в Ля Рив Гош: слушатели затвердевали и раскрывали альбомы сильнее, чем при гладких теориях. Все наносное рушилось перед простыми условиями для искреннего искусства.