Опасность поддержки репрессивных систем
Я шел по барселонским переулкам 1937 года, когда ко мне пришло это озарение. В кармане лежала записка о внезапном аресте товарища из нашего же ополчения — человека, который неделю назад сам с энтузиазмом одобрял «чистки предателей». Именно тогда я окончательно понял механизм, работающий в испанских коммунистических кругах и сталинистских процессах: репрессивная система ненасытна. Сначала ты поддерживаешь шаги против «врагов» — остарбайтеров, интеллигенции, инакомыслящих. Кажется, что это защищает твои идеалы. Но подобная машина требует вечных жертвоприношений. Когда прежние враги уничтожены, нужны новые — и вот уже соратники времен войны превращаются в «троцкистских шпионов». Сегодня ты, постукивая каблуками на партсобрании, голосуешь за исключение соседа. Завтра дети соседа, следуя той же логике, будут голосовать против твоей умирающей матери. То, что кажется инструментом победы — на деле кинжал с самонаводящимся лезвием.
Московские показательные процессы лишь подтвердили этот закон: революция пожирает детей своих. Каждый поддерживающий репрессии становится временно полезной шестерёнкой, пока система не пережуёт и его. Я записал эту мысль в дневник электрическим ощущением прозрения — социум без ограничителей власти подобен направленному взрыву, который поглотит и того, кто его поджёг. Вера в избирательность тоталитаризма — самая опасная из иллюзий.