Никто не знает, как поступит Толпа, тем более - она сама.

Непредсказуемость коллективного поведения

Рождение идеи в водовороте толпы

Помню, как в 1848 году, наблюдая за революционными потрясениями в Лондоне, я вдруг ясно осознал парадокс: эта бурлящая масса, сотрясающая троны, сама не ведала, куда двинется завтра. Однажды толпа восторженно приветствовала оратора, а на следующий день разрывала его портреты. Я спрашивал у интеллектуалов, министров, даже у уличных заводил — никто не мог предсказать её следующий шаг. Особенно поражало, что вчерашние лидеры толпы зачастую становились её завтрашними жертвами, будто стихия пожирала собственных создателей. Эта мысль кристаллизовалась в кабинете при свете керосиновой лампы, когда я сравнивал хронику событий: толпа напоминала океан, где миллион капель внезапно обретали единую волю, тут же её теряя.

Философское озарение пришло при анализе Великой французской революции: даже её вожди — Дантон, Робеспьер — стали игрушками в руках стихии, которую сами разбудили. Я понял, что коллективный разум не есть сумма индивидуальных. Толпа создает новое, иррациональное существо с собственной волей, неведомой ни посторонним, ни ей самой. Рожденная в пламени факелов на парижских улицах, эта мысль стала ключом к пониманию всех социальных потрясений — от восстания Спартака до современных мне хлебных бунтов.