В сущности, теоретическая физика слишком трудна для физиков.

Парадокс сложности теоретической физики для специалистов

Как родилось признание о непосильности физики

Сидим с Гильбертом в Гёттингенской библиотеке после бурного семинара, где молодые физики пытались понять новые работы Эйнштейна. Вижу, как Давид устало потирает виски, глядя на исписанные уравнениями доски. «Знаешь, — говорит он внезапно, — учёный подобен альпинисту: сначала он покоряет холмы, потом вершины. Но когда взбирается на Эверест теории, понимает, что взял не то снаряжение». Затем добавляет своё знаменитое: «В сущности, теоретическая физика слишком трудна для физиков». В тот момент я осознал гениальность этого парадокса: создавая всё более совершенные инструменты познания, мы неизбежно отдаляемся от интуитивного понимания. Гильберт видел, как классическим экспериментаторам не хватает математической дерзости, а теоретики теряются в многомерных абстракциях. Под куполом XX века наука раскололась на множество миров, где каждая вселенная формул требовала от физиков нового перерождения. Его слова — не упрёк, а горькое прозрение об извечной трагедии прогресса.