Телевидение - дешевое и вульгарное развлечение.

Аристократическая критика массовой культуры и телевидения

Сигара в темноте: вечер, когда Черчилль осудил телевидение

Помню тот вечер 1950 года в Чартуэлле, когда за тяжёлыми шторами кабинета сидел сэр Уинстон, окутанный клубами гаванского дыма. Я подливал ему коньяк, когда дворецкий робко спросил, не установить ли в библиотеке новый «чудо-ящик» — телевизор. Черчилль медленно повернулся, и его взгляд стал ледяным: «Не оскверняйте мои книги этим ярмарочным фокусом». В его глазах телевидение было не просто технической новинкой — орудием демократии, которое он когда-то поддерживал в борьбе с нацизмом. Нет, теперь оно превратилось в машину по производству плебейских зрелищ, где реклама перебивает Шекспира, а кричащие ведущие заменяют живой интеллектуальный спор. Декламируя свою фразу о «дешёвом и вульгарном развлечении», он провёл перстом по корешкам Платона на полке — немой укор эпохе, когда познание уступило место пассивному потреблению.

На следующее утро, наблюдая, как садовник с восхищением описывал боксёрский поединок по телевизору, Черчилль лишь мрачно заметил мне: «Видите, как технологии обесценивают подлинное? Теперь любой грубиян может считать себя знатоком, не прочитав ни одной книги. Мы растим поколение, уверенное, что картинка важнее мысли». Этот день стал для меня откровением — великий государственник боролся не с технологией как таковой, а с её использованием как инструмента культурного оскудения.