Технология как способ избегания непосредственного контакта с миром
Я помню тот дождливый вечер 1964 года, когда Фриш, глядя на стройку автострады из окна цюрихского кафе, вдруг провёл параллель между краном и кистью художника. «Видишь этот кран? — сказал он. — Он не просто строит. Он стирает холмистый пейзаж, выпрямляет реки. Мы не покоряем природу — мы создаём плоский мир, где не нужно замедлять машину». Его глаза горели: он только что понял, что асфальтированные дороги, кондиционеры и трансатлантические рейсы — не триумф человечества, а коллективная попытка сбежать от неудобной реальности.
Через неделю в черновиках его дневника появилась культовая фраза. Фриш наблюдал, как фермерские угодья превращались в безликие промзоны, а телефон вытеснял визиты соседей. «Каждый прогресс, — объяснял он мне, — это шаг в искусственно созданную резервацию. Мы изобрели не лучшее человечество — мы изобрели способ не быть людьми в полном смысле слова, где ветер не колышет волосы, а разговор не требует взгляда». И тогда прозвучали те слова: технология как искусство уклонения от жизни — горький парадокс эпохи, ставший его пророчеством.