Самое большое несчастье, которое постигло человека - это изобретение печатного станка.

Критика технологического прогресса

Дым сигар и тень прогресса

Помню тот вечер в нашем лондонском клубе. Воздух был густ от сигарного дыма и политических интриг. Кто-то из молодых депутатов, поймав мой полный скепсиса взгляд на грязном развороте популярной газеты, воскликнул: «Но лорд Биконсфилд, как же книга сплотила нацию, просветила массы!» Я жестом приостановил его пыл. «Вижу, вы питаете иллюзии об этом верстаке для чернил», — начал я, ощущая тяжесть двойного бремени – и государственного деятеля, и писателя. Помню, как мы обсуждали упадок строгого меритократического образования, размывание истинного вкуса потоком безвкусной бульварщины, замену глубокой государственной мысли мгновенными и поверхностными газетными виршами. Лицо молодежи потемнело от недоумения. Тогда я и произнес безапелляционно: «Поверьте, сэр, самое большое несчастье, которое постигло человека – это изобретение печатного станка». Он дал слово каждому, но не каждому дал мудрость его носить. Прогресс обнажил нам всем главное испытание: как сохранить глубину, когда знание стало столь дешево и доступно? Ветер истории пронес мои слова через века, и их впечатляющая жесткость – пламенная молитва утраченному аристократизму мысли.