Так сладок мед, что, наконец, он горек. Избыток вкуса убивает вкус.

Вред избыточности

Откровение после королевского десерта

Помню великий пир в Уайтхолле, где я служил стольником у графа Саутгемптона. Когда подали вазу с «королевским медом» — редким сортом из Херефордшира — гости восторженно зашептали. Тонкая сладость пьянила, и все потянулись за добавкой. Особенно Роджер, молодой фаворит двора: он намазал мед на все подряд, хвалясь, как ведет счет ложкам. Казалось, блаженству не будет конца. Но тот самый нектар внезапно отвернулся в отраву! Скрючившись от тошноты с салфеткой у рта, Роджер выбежал среди хохота присутствующих. Вильям Шекспир, наблюдавший с угла библиотеки, лишь покачал головой: «Вот и подтверждение — так сладок мед, что, наконец, он горек». Ведь он задолго знал: страсть, еда или власть – любое доведенное до исступления наслаждение меняет природу, превращаясь в свою противоположность.