В том-то именно и заключается свобода, чтобы исчерпать свое призвание.

Свобода через полную реализацию жизненного предназначения

Прорыв сквозь творческие сомнения

Наблюдая за общедоступными пьесами в Христиании я ощущал внутренний разлад. Театральный директор уговаривал меня писать легкие комедии для заполнения залов, шепча: «Зрители хотят смеха, а не твоих сложных характеров». Но когда я брался за перо, мое существо сопротивлялось. В одну из бессонных ночей 1871 года ко мне пришло озарение: отказавшись от угождающей публике драматургии, я не теряю свободу — я обретаю её. Лишь следуя своему призванию создавать психологические драмы, исследующие человеческие противоречия, я чувствовал себя по-настоящему свободным художником, не скованным ожиданиями других.

Это откровение родилось из мучительных раздумий о жизни моих персонажей. Герой «Бранда», фанатично преданный идеалу, и скиталец Пер Гюнт, бегущий от предназначения, — оба показали мне цена выбора. Когда Бранд осознал свою правду, а Пер Гюнт наконец стал самим собой, обрести подлинную свободу смог лишь тот, кто до конца исчерпал свое призвание. Так родилась формула свободы, позднее прозвучавшая в моих записях и письмах.