Недостижимость абсолютного счастья в человеческой жизни
В тот пасмурный день, провожая в последний путь старого друга, я внезапно ощутил ледяное прозрение. Глядя на сотни надгробий, я спросил себя: «Неужели хоть один из лежащих здесь познал абсолютное счастье?». В памяти всплывали лица ушедших — великих королей и простых тружеников. Все они испытывали минуты радости, но разве не были они омрачены сомнениями, потерями, несовершенством мира? Сама их смерть стала доказательством: счастье мертвых тоже ушло вместе со способностью чувствовать.
Я осознал это не как приговор, а как откровение. Если совершенное блаженство невозможно при жизни и исчезает со смертью, значит, оно подобно горизонту — вечно манящему, но недостижимому. Поэтому мы и живем, каждый день устремляясь к свету, зная, что конечная остановка его не дарует. Эта мысль стала противоядием от отчаяния: несовершенство нашего пути — его величайшая ценность.