Сумасшедший дом - прибежище любви и гордыни.

Парадоксальное проявление человеческих страстей в безумии

Как зародилась парадоксальная истина

Я долго наблюдал за стенами Бедлама — той самой знаменитой лечебницы Лондона. Однажды, стоя под моросящим дождем, заметил поразительное: в дымчатом окне женщина нежно прижимала к груди тряпичную куклу, словно младенца, а в соседнем крыле мужчина в изодранной рубахе надменно командовал призрачными войсками. И меня озарило — в этом царстве утраченного разума кипели самые крайние проявления человеческой сути. Нескончаемое принятие тех, кого общество отторгло, стало плодородной почвой для чувств, задохнувшихся в «нормальном» мире. Здесь любовь, лишенная условностей, превращалась в животную самоотдачу, а гордыня, избавленная от критики, возносила бредовых королей на троны из соломы. Мир сумасшедших оказался зеркалом наших подавленных желаний — вот и застыло в веках это признание.

А всё началось с вечернего спора у камина, когда я попытался объяснить друзьям слепоту общества. За притчу взял Бедлам: как же там одновременно любили без меры и гордились без причины? Скептические смешки лишь убедили меня. Потом месяцы я записывал истории сторожей, врачей, даже покачнувшихся рассудком знакомых. Сквозь этот пароксизм страстей проступал жутковатый закон: отвергнутые миром последними несут пламя величайшей любви и уродливейшего чванства. Там, где разум гаснет, огонь страстей разгорается ярче всего — теперь слово мое крепко хранит грустную мудрость старых стен.