Времена наиболее суеверные были всегда временами ужаснейших преступлений.

Связь расцвета суеверий с всплесками преступлений и жестокости в обществе

Тень суеверий над эпохой

Как неутомимый наблюдатель человеческой комедии и жгучих трагедий своего века, я, Вольтер, начертал эти слова, оплаканные горьким опытом. Зрелище Франции и Европы XVII-XVIII столетий, где пламя костров инквизиции освещало террор во имя веры, где «ведьмы» гибли на площадях, а протестанты вырезались во Варфоломеевскую ночь под благочестивые молитвы, заставило меня вывести эту горькую истину. Что двигало палачами? Не первобытная жажда крови, но слепая вера в абсолютность своих догм, в необходимость «очищения» от еретиков и слуг дьявола. Именно в тревожные, пропитанные мистическим страхом времена, когда размыта грань разумного, рождается механизм для оправдания любой немыслимой жестокости. Суеверие создает чудовищную иллюзию праведности убийства, позволяя именовать зверство подвигом веры, а фанатизм – добродетелью. Это не просто наблюдение – грозное предостережение моей эпохе и грядущим поколениям о том, как легко ложные идолы могут заполнить пустоту разума, порождая черные пропасти безумия.

С полуостровов Испании до закопченных стен Женевы я видел, как религиозный фанатизм, смешавшись с простыми страхами перед непознанным в гремучий коктейль суеверного мракобесия, развязывает человеческой жестокости щит святости. И потому так важно бороться с любыми суевериями – палкой и кнутом невежества – светом знания и критической мысли. Ибо именно тьма рождает чудищ.