Способность судьбы создавать непредсказуемые жизненные сюжеты
Сидя за биографическими рукописями, я годами наблюдал удивительную закономерность: самые захватывающие события человеческих жизней возникали не по воле писателей или историков. Помню, как изучал случайные совпадения в судьбе Наполеона: ничтожный штрих, вроде забытого письма, круто менял ход истории. Витиеватость этих переплетений заставила меня схватиться за перо - здесь было больше гармонии, чем в любых сонетах.
Особенно озарило меня при работе над книгой о Марии Стюарт. Роковые ошибки королевы выстраивались в драматический аккорд, который звучал совершеннее лучших баллад. Именно тогда я и воскликнул: «Судьба — самый гениальный поэт!». Никакой творец не способен столь искусно связывать фатальные моменты в искрящуюся строфу бытия, где триумф и падение рифмуются через десятилетия.