Критика интеллектуалов, табуирующих знание во имя морали
Я помню тот душный вечер в варшавском кафе, когда за соседним столиком громко спорили трое молодых академиков. Один, размахивая томиком Ницше, доказывал, что любое знание разъедает нравственность человека: «Помните Адама, — кричал он, — чем кончилось познание добра и зла?» Его оппонент кивал: «Наука развязывает руки тиранам». Сидевший рядом ксендз поддакивал им и цитировал средневековых схоластов. Мне стало дурно от этого самоуверенного недомыслия.
На обратном пути меня осенило: самые опасные фанатики — не те, кто отвергает знание, а те, кто использует его как щит для запретов. Эти ботаники в профессорских мантиях обосновывают мракобесие якобы высшей моралью. Так родилось предупреждение: бойтесь тех, кто превращает древо познания в орудие зла — под их лицемерной заботой скрывается жажда власти над умами.