Страх суеверия из всех страхов есть самый беспомощный и самый бездеятельный.

Парализующее воздействие суеверного страха

Рождение мысли в дельфийском святилище

Сидя в тени колонн Дельфийского храма, я наблюдал поток паломников, чьи лица были искажены тревогой. Ко мне подошел моряк Целидон, дрожащий от кошмарного сна о черных дельфинах. Хотя готовилась выгодная торговая экспедиция, он боялся сойти на корабль, твердя: «Море меня поглотит!» Какие доводы я ни приводил — о попутных ветрах, крепком судне, благоприятных приметах — страх цепко держал его в плену. В день отплытия я увидел его на пристани: он стоял как прикованный, глядя, как уплывают мешки с его товарами. Тогда и родилась во мне мысль: суеверный страх страшнее всех, ибо его не преодолеть доводами разума, а бездействие из-за вымышленных ужасов губит больше, чем реальные опасности. Если военный трепещет перед врагом — он скажет: «Возьму щит крепче!» Но что ответит человек, дрожащий перед трещиной на панцире черепахи или полетом ночной птицы? Лишь беспомощно сложит руки.