Будь дураки способны понять, какие страдания мы из-за них претерпеваем, даже они прониклись бы к нам жалостью.

Страдания умных людей от непонимания глупцов

Рождение сарказма в Парижском салоне

Помню тот душный вечер в парижском литературном салоне. Свет от канделябров тускло отражался в золотых рамках, а воздух гудел от пустопорожних споров самодовольной толпы. Я пытался поделиться мыслями о Просвещении, отвечать на вопросы, требующие малейшей глубины ума, но мои слова натыкались на стену беспросветного непонимания. Один из моих «собеседников», краснолицый от самодовольства, произнес особенно нелепую тираду, снова все перекривив. Внутри меня клокотало от горечи и усталости. Именно в тот миг меня осенило: если бы эти люди обладали малой долей того ощущения тонкости, которым мучаюсь я, осознавая всю бесплодность наших «трудов», а главное — их участия в этом… то даже самые укорененные в своей глупости души прониклись бы жалостью к тем, кто вынужден сквозь нее пробиваться. Вот и родилась эта фраза — смесь боли отзря растраченного времени и горькой иронии над слепотой источника этой пытки. Ведь именно абсолютная неспособность дураков пожать нам в упор — делает наше страданье столь бессмысленным, удваивая сей багаж.