С душою твердой, чуждый обольщенья,
Взирай, мудрец, на взлеты и паденья.

Стойкость духа перед жизненными переменами

Капли дождя на плаще мудреца

Помню, как в Газне ветер выл, словно оплакивая рушащиеся империи. Я шел по рынку, где купцы с безумными глазами шептались о низвергнутом шахе, когда увидел Того Старца. Он сидел под проливным дождем у мечети, словно гранитный идол: капли стекали по его бороде, а в глазах горел спокойный огонь. «Почему не укрываешься?» – спросил я. «Зачем? – ответил он, указывая на юношу в шелках, скакавшего мимо на коне. – Вчера этот бедняк рыдал у ворот. Сегодня – эмир. Завтра, быть может, снова будет просить хлеба. Разве стоит радоваться зыбкому или страдать от него?»

Его слова стали жемчужиной в моей думе. В ту ночь у жаровни, глядя как трещат дрова, знаменуя пламя и пепел судеб, я вывел строки в свитке «Шахнаме». Нет, не дервиш научил меня смотреть свысока на ближнего – он показал, как с видом наблюдателя встречать шествие Фортуны: где триумфы и падения – лишь краски на вечном полотне Бытия, а непоколебимая душа мудреца есть кисть, что не дрогнет в руках Создателя.